![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
garfield_s
,%2BАнглия%2B15.jpg)
Об авторе статьи: Меня зовут Сергей Васильевич, фамилия - Белецкий. Профессия - археолог. Научная степень - доктор исторических наук. Работаю в Институте истории материальной культуры РАН, ведущий научный сотрудник. Преподаю в Санкт-Петербургском государственном университете культуры и искусств, профессор кафедры музееведения.
Статья Марии Ивановой «Охтинский лохотрон», опубликованная в газете «Новости Петербурга» (№ 29 от 13-19.10.09, с.9) вызвала у меня чувство недоумения. Складывается впечатление, что автор статьи, что называется, «не в теме», или, попросту говоря, не владеет вопросом, по которому высказалась весьма эмоционально. Но, чтобы не быть голословным в своей оценке, я предлагаю обратиться к фактам.
Раскопки на Охте и Российское Законодательство
До полной публикации результатов раскопок на охтинском мысу дать полную и всестороннюю оценку научной значимости проведенных исследований было бы преждевременно. Но я неоднократно бывал на раскопах, осматривал открытые объекты, знакомился с находками, читал многотомные отчеты. Поэтому только коротко перечислю важнейшие из открытий, сделанных археологами на охтинском мысу.
Древнейшие отложения культурного слоя на рассматриваемом участке относятся к V-I тыс. до н.э. (то есть – 7-3 тыс. лет назад). Культурный слой содержит находки из обожженной глины, кремня, янтаря, а также из органических материалов (дерево, береста, древесная кора). Выявлены и остатки деревянной застройки поселка. На территории Восточной Европы поселения эпохи неолита и раннего металла с такой сохранностью органических остатков – являение крайне редкое, а на Северо-Западе России – уникальное. Благодаря раскопкам на охтинском мысу наука получила бесценные сведения о повседневной жизни и хозяйственной деятельности людей, заселявших территорию будущего Петербурга в эпоху первобытности: чем они питались, на каких животных охотились, какую рыбу ловили, плоды каких растений использовали в пищу. Обычно археологи находят при раскопках подобных поселений только изделия из камня и глины, а застройку поселков реконструируют по ямкам, оставшимся от кольев и столбов. После полной публикации материалов раскопок, неолитическое поселение, открытое в устье Охты, станет одним из эталонных памятников европейского значения, и сведения об этом поселении, безусловно, войдут в вузовские учебники и археологические энциклопедии.
Следующим по времени археологическим памятником охтинского мыса являются остатки фортификаций (две линии крепостных рвов), принадлежавшие маленькому мысовому городищу – укрепленному поселению, существовавшему здесь в период, предшествовавший строительству Ландскроны, то есть – ранее 1300 г. (в XIII вв.?). Большая часть этого поселения находится за пределами раскопанного участка и археологически не исследована.
Шведская крепость Ландскрона была построена на месте древнерусского городка в 1300 г. В 1301 г. она была взята штурмом русскими войсками и уничтожена. Раскопками исследованы значительные участки дерево-земляных фортификационных сооружений Ландскроны: открыты крепостные рвы, основание деревянной башни, зафиксированы следы штурма и разрушения 1301 г. – наконечники копий, стрел от баллист и арбалетных стрел, воткнувшихся в склон рва и в деревянные стены крепости, сброшенные в заполнения рва крепостные стены, горевшие в пожаре. Ландскрона с ее деревянными стенами, рвами и башней-донжоном является памятником средневековой североевропейской фортификационной архитектуры, уникальной не только для территории России, но и для Северной Европы.
После уничтожения Ландскроны на на мысу при впадении Охты в Неву существовало средневековое русское (русско-ижорское?) поселение. Непотревоженные отложения культурного слоя этого поселения не выявлены, однако в слое XVII в. найдены фрагменты глиняных сосудов XIV-XVI вв. Это подтверждает сведения письменных источников XVI в. о существовании здесь поселения Невское Устье, известного по письменным источникам. Не исключено, что культурный слой XIV-XVI вв. сохранился под насыпями бастионов крепости Ниеншанц.
При раскопках в прибрежной части Охты обнаружено кладбище XV – начала XVIII вв. Исследовано более ста захоронений. Кроме того, в крепостном рву Ниеншанца открыты скопления перезахороненных костей от многочисленных (около 200) погребений, разрушенных при строительстве крепости. Большая часть территории кладбища остается пока не исследованной.
Позднейшими из отложений средневекового культурного слоя являются напластования XVII в., сформировавшиеся в период существования на мысу при впадении Охты в Неву крепости Ниешанц, основанной в 1611 г., на протяжении XVII в. неоднократно перестраивавшейся, а в 1703 г. взятой штурмом русскими войсками. При раскопках открыты остатки деревянной жилой застройки XVII в. бронзолитейная мастерская, колодец, опоры моста, а также разновременные фортификационные сооружения (первоначальные рвы начала XVII в., земляные бастионы, рвы и частоколы середины XVII в., потайной ход и др.). В процессе раскопок была собрана яркая и представительная коллекция предметов, всесторонне характеризующих жизнь и быт горожан (глиняная кухонная и столовая посуда, фрагменты одежды и обуви, печные изразцы, осколки оконного стекла, курительные трубки, монеты и др.). Найдены также многочисленные осколки мортирных бомб, являющиеся свидетелями штурма крепости в 1703 г. Бастионы Ниеншанца в площадь археологических раскопов по большей части не попали.
После сказанного решусь утверждать: археологические раскопки на охтинском мысу позволяют открыть принципиально новую страницу в изучении исторического прошлого России. Теперь можно считать установленным, что историческим предшественником Санкт-Питерс-Бурха была не шведская крепость Ниеншанц XVII в., не средневековое поселение Невское Устье и даже не шведская крепость Ландскрона 1300 г., а безымянный городок, занимавший в XIII веке мыс при впадении Охты в Неву. И жители этого городка почти наверняка были современниками Александра Невского – святого покровителя Санкт-Петербурга. Таким образом, в результате уже произведенных на охтинском мысу археологических раскопок установлено, что время непрерывной жизни на месте Петербурга насчитывает не 300, а, как минимум, 800 лет, то есть почти в три раза больше, чем это считалось до сих пор. Но уточнить время появления городка и состав его жителей можно будет только при дальнейших археологических раскопках.
Ну, а обнаружение неолитического поселения на Охте имеет основополагающее значение не только для археологии и истории, но и для геологии, геоморфологии и озероведения: в настоящее время этот памятник является единственным источником для определения времени формирования русла Невы.
Читать дальше...
